Зробити стартовою Додати в обране Написати листа

Кнопка сайту:

ТРК «Круг»





Объединенная Православная Молодежь

Национальный Союз

Головна Твори Насилие, деньги и секс в жизни Романа Шухевыча. ч.8

Насилие, деньги и секс в жизни Романа Шухевыча. ч.8

От Авторов: Течение нашей истории сдерживается тайнами ее героев. В качестве интермеццо мы порадуем наших верных читателей – всех пятерых, очерком о нравах ОУН при Бандере. Обстановка была нервная, мягко так выражаясь….
Братишки Карамазова


9 мая 1934 г. около 8.30 вечера прохожие Ян Ханис и Бронислав Гродовськый услышали выстрелы. Оба пошли в ту сторону и на обочине Стрыйського кладбища от Кадетской улицы обнаружили тело человека, лежащее в луже крови. Сообщили полиции. На место происшествия прибыли аспирант Цесельчук и несколько агентов. Из документов, найденных на теле, следовало что убитый – студент Яков Пукшин-Бачынськый, зарегистрированный по адресу д. 14 ул. Декерта. В одежде среди прочих бумаг нашли записку, в которой Бачынського приглашали на встречу на ул. Руськой или в пассаже Миколяша. Возле трупа подобрали 7 гильз калибра 7,65 мм и 2 гильзы 6,35 мм. Секция тела показала, что причиной смерти стали огнестрельные ранения в голову и грудь…

По версии бандеровского официоза, пересказывающего показания Бандеры по данному эпизоду, подозрения в адрес Бачынського возникли еще в 1931 г. Мол, было замечено, что он, не являясь членом ОУН, прислушивается к разговорам на организационные темы и даже «что-то записывает». Наружное наблюдение за Бачынськым якобы установленное в 1933 г. показало, что он встречается с агентами полиции. На пробу, Бачынському подсовывали различные организационные тайны, которые вскоре становились известны полиции. Поэтому, «революционный трибунал ОУН» приговорил Бачынського к смерти. Так как дело выглядело сугубо внутренним – «оуновским» (!?), Бандера, как Краевой Провиднык ОУН поручил исполнить приговор своему человеку - Мыгалю. Тот долго работал в пропагандистском реферате и Бандера был его непосредственным «зверхныком».

При беспристрастном расследовании история выглядит совершенной достоевщиной.

 

 

…Жил во Львове бедный студент Ярослав Бачынськый, доступные автору источники даже не указывают где именно тот обучался. Он был настолько бедный, что ходил в латаной одежде и разбитой обуви, никогда не имел денег, чтобы купить билет на концерт или в клуб. А такой билет был ему очень нужен, чтобы ухаживать за девушкой, в которую Бачынськый был безнадежно влюблен. Представляете, как бы расписал эту трогательную историю Достоевский, игрок в рулетку «по крупному», он очень сочувствовал маленькому человеку, расписывая страдания которого неплохо зарабатывал.

На беду Бачынського, девушка, в которую он влюбился, входила в состав разведывательной группы Марийки Кос. Ее имя мы трепать не будем – оно само всплывет по ходу дела. Действиями группы руководил референт боевой разведки Роман Мыгаль, такой же бедный студент. Бачынськый обратил внимание на очевидную зависимость девушки от Мыгаля и старался заслужить его привязанность, чтобы хоть вращаться в том же кругу, что и девушка. Он приходил в кооператив, где работал Мыгаль, а тот старался найти ему работу и нашел – на два дня во время выборов. Все это случилось недели за две до убийства. Отношения в сложившемся треугольнике во многом объясняют течение последующих событий.

Зимой 1933/34 гг. Бандера заявил Пидгайному, что «весной надо будет добраться до провокатора». В средине марта 1934 г. он назвал его имя – Ярослав Бачынськый. После чего Пидгайный разработал план покушения и вошел в сговор с Мигалем, который как референт боевой разведки подлежал ему организационно. Устранение Бачынського Пидгайный поручил Евгену Качмарському. Тот вышел на свободу 5 июля 1933 г., и по поручению Пидгайного скупал оружие, он также был знаком с Мыгалем. Первоначально предполагалось использовать пистолеты, но Качмарськый предложил жертву заколоть. В помощники он выбрал Королышына из своей группы, чему Пидгайный воспротивился под предлогом, что тот еще не принес организационной присяги, следует подобрать человека уже перешагнувшего возраст «юнацтва» и пребывавшего в организации хотя бы некоторое время. Напомним читателям, что ОУН тогда со всех сторон обвиняли в «использовании детей». Очевидно, что найти «взрослого» было сложно, тогда Качмарськый предложил привлечь человека не входившего в его бойивку, но известного ему как «ноживныка». Это был Иван Ярош, некогда он принадлежал к УВО, но к ОУН «относился враждебно, осуждал ее методы и отказывался в нее вступить», к чему Качмарськый его склонял. На конкретную просьбу соучаствовать он вроде бы согласился, «но слова не дал». Пидгайный с кандидатом переговорил и одобрил, но фамилии его тогда еще не знал.

Бандера план дополнил, с тем что бы «кинжалы были отравлены» и покушение состоялось в пасхальные каникулы, когда молодежь разъезжается по селам и полиции будет сложнее провести массовые аресты. Сам он тоже отправился в село – разговляться. Неправда, что Бандера сам выдал исполнителям отравленные ножи, это сделал Пидгайный. На организационном складе оружия оказался только один отравленный нож (кинжал), второй пришлось покупать в оружейном магазине. Деньги на закупку оружия, также одеколона, перчаток и паприки – все это использовалось что бы сбить полицию и собак со следа, всего - 20 злотых, также, два пистолета, Пидгайный передал Мыгалю вместе с поручением «завлечь жертву в засаду» - по версии обвинения.

Мыгаль показал, что приказ «разведать где живет Яков Бачынськый» он получил в марте 1934 г., самого Бачынського он знал раньше, но не был ни его товарищем, ни приятелем». От Провидныка (Бандеры) он узнал, что Бачынськый был доносчиком и его нужно «доконче зигнаты зи свиту». Бандера и Пидгайный его в этом долго убеждали. Накануне Великодня 1934 г. он получил приказ Пидгайного – задержать Бачынського до девяти часов вечера в городе. Пребывая с ним на Русской улице около девяти вечера, он заметил Качмарського, присматривающегося к Бачынському.

За два дня до намеченного убийства Качмарськый принес (от Мыгаля, с котоым его свел Пидгайный?) два ножа и два пистолета калибра 7,65 мм. Ножи он решил проверить, для чего поранил ими котика в лапку, но убедился, что те не отравлены. В день покушения в Великодню субботу Качмарськый пошел к Ярошу, но тот начал выкручиваться и Качмарськый таки взял Королышына – если верить его показаниям в суде. На следствии он называл Яроша.

Сам Ярош на суде показал, что он часто болеет и страдает болями головы, поэтому точно всего не помнит, но с Качмарськым и «каким-то незнакомым ему человеком» он встречался и те уговаривали его вступить в ОУН, на что он ответил отказом. В субботу 31 марта 1934 г. Качмарськый встретил его во дворе читальни на Богдановке, в руках он держал какой-то сверток. Он еще раз предложил пойти с ним, на что Ярош ответил отказом, так как спешил на заседание надзорного совета кооператива «Зоря». Книгу протоколов заседаний данного совета, на которой основывалось его алиби, предъявил его адвокат д-р Володымыр Старосольскый. На вопрос председателя трибунала, почему в ней не хватает нескольких страниц, Ярош ответил, что ему об этом ничего не известно, но если суд захочет это проверить, то дело наверняка выяснится. Он никогда не вырывал страниц из книги протоколов так как понимает ее важность, ведь сам был секретарем и их писал. А что касается Качмарського, его на следствии оговорившего, то между ними имелись «недоразумения из-за девушки». Со слов Яроша, Качмарськый ушел «зденервованым».

Качмарськый показал, что увидел Мигаля вместе с Бачынськым на пл. Рынок. Мыгаль распрощался с тем раньше девяти часов, но Качмарськый все же успел на ул. Декерта ч. 14 за пару минут до возвращения Бачынського. Он подошел к нему и по-польски спросил о неком человеке, якобы там проживавшем. Бачынськый сказал, что такого не знает. Тогда Качмарськый, стоявший в одном шаге, ударил его китайским ножом с длинным и острым клинком и попал в правую руку, а потом еще два раза. Но клинок не вошел глубоко, так как Бачынськый был одет в толстое пальто. Когда он стал убегать, Качмарськый хотел выстрелить ему в спину, но тот упал на землю и Качмарському стало его жаль. Он и Королышын убежали. Обоих видела Мария Щыгливна, она еще смеялась, почему те были так «забавно одеты» (Качмарськый был одет в пальто и шляпу. Авт.). На вопрос «куда они идут?» Качмарськый ответил «на пастырку». Он явно волновался, так как перепутал и службы и обряды, на что ему указала и Щыгливна: «пастырку» в латинском обряде служат в ночь на Рождество, а в ночь на Пасху служат «резурекцию», в греческом обряде – «воскресиння». В 21.45 Качмарськый отдал оружие Пидгайному и доложил, как все происходило. Тот его в неудаче не упрекнул.

Утром Мыгаль узнал от Пидгайного, что Бачынськый с ножевыми ранениями находится в госпитале. Во Львове подобное случалось нередко и полиция ничего «политического» не заподозрила. Сам Бачынськый в совершении покушения тоже заподозрил двух других лиц, с которыми имел счеты, на них он и указал в завещании.

После выписки Бачынського из больницы, когда стало известно, что его будут допрашивать в полиции, Пидгайный счел, что это может угрожать Мыгалю и надумал совершитиь новое покушение немедленно, в ближайшее воскресенье. Решение, прямо скажем, паническое. Он решил вновь использовать Качмарського и вручил ему два пистолета, Качмарськый на следствии и в суде показал, что вновь привлек Яроша. Он пояснил это тем, что Ярош бы его не выдал, а он очень хотел втянуть его в какую-нибудь «акцию». (Сам Ярош предлагал Качмарському совершать ограбления или взломы ювелиров для организации из доли. Авт.) Покушение планировалось в Иезуитском саду, но не удалось, так как Мыгаль, якобы прошел там с Бачынськым раньше, чем успел Качмарськый. На следствии он показывал, что туда на ул. Оссолинськых приходел и Ярош, но в суде от своих показаний отказался. Мыгаль на суде показал, что в день покушения был с Бачынськым в ресторане Винда. Когда узнал что раны того еще не зажили, ему стало его жаль и он провел Бачынського до самого дома.

Между тем, после каникул из села вернулся Бандера. Он провел следствие по делу невыполненного покушения. Хотя Пидгайный и Мыгаль и сообщили ему о своих сомнениях в виновности Бачынського, Бандера свой приказ – убить, повторил. Теперь уже смерть за неисполнение приказа угрожала самому Пидгайному. Одновременно Бандера сообщил, что придал бойивке Качмарського Мырона Королышына – тот пребывал в розыске, Грыця Мацейко и еще одного боевика по кличке «Зализняк». С этими боевиками Качмарськый должен был убить Бачынського в околицах трамвайной ремизы (депо) при Кадетской улице, на одной из аллей, ведущих в Стрыйськый парк. Завлечь Бачынського должна была Марийка Косив – он бы ей не отказал. Но она заболела и Мыгаль повел ее к врачу. Порешили что он попросит Сенькива а она Зарыцьку и те отведут Бачынського на Кадетскую улицу.

В суде Зарыцька по данному эпизоду виновной себя не признала и показала, что однажды на площади Сокола-Батька подошла к ней ныне покойная Марийка Косивна и попросила пойти с ней в город. Там они встретили Романа Сенькива и позже – Романа Мыгаля. По просьбе Косивны она с Сеньковым пошла к Бачынському сообщить ему, что Мыгаль болен и ожидает его на Кадетськой. Мыгаль также просил ее об этом. (У самого Бачынського болело сердце, он даже просил Сенькива купить ему льда, тем не менее к больному приятелю он пошел. Авт.) С Бачынськым она пошла на Кадетскую улицу примерно между 9 и 9.30 вечера. Почему Бачынськый должен был посетить Мыгаля она не знала, знала только, что они пребывают в хороших отношениях. Почему Мыгаль ожидал их на Кадетской улице, а не у себя дома, она тоже не знает. Какими улицами шли на Кадетскую она не помнит. Зарыцька заявила также, что не пошла бы за Бачынськым если бы знала, что его ожидает что-то плохое. Пошла только потому, что об этом ее попросила подруга. С боевым рефератом и с револьверами она ничего общего не имела. (Последнее было сказано в связи с тем, что председатель трибунала прочел ей место из показаний Пидгайного, в котором говорилось, что Зарыцька должна была забрать пистолеты после покушения на Бачынського. В суде Пидгайный и Мыгаль от своих показаний отказались. Авт.)

Но и это покушение не удалось, так как Качмарськый с боевиками ушли в 9.50, а Зарыцька и Сенькив привели жертву на заклание после 10 вечера, хотя бойивка ожидала уже с обеда. На следующий день Мыгаль побаивался, что Бачынськый наконец сообразит, что на него планируют покушение, но тот его не заподозрил.

Зато Пидгайный заподозрил, что Мыгаль саботирует сознательно. Тогда он сказал ему, что сам покончит с Бачынськым, но сейчас у него очень много дел и ему не хватает времени. Это прозвучало как угроза, Мыгаль вполне мог оказаться следующим. Такая перспектива придала ему решительности и он тут же не задумываясь согласился сделать это сам. В помощники он взял Романа Сенькива, уже известного нам как автора зарисовок в советском консульстве. 8 мая 1934 г. Пидгайный передал Мыгалю два пистолета, калибров 7,65 мм и 6,35 мм. 
Роман Сенькив в суде показал, что познакомился с Мыгалем в 1933 г. и ходил с ним в читальню по ул. Супиньского. Тот импонировал ему своей образованностью, он учил Сенькива говорить по-украински (в семье Сенькива говорили по-польски Авт.). Сенькив признал, что носил Бачынському записку от Мыгаля, содержания которой не помнит. (Именно эту записку и обнаружила полиция. В суде Мыгаль взял доставку записки на себя. Авт.) С Бачынськым он встретился на следующий день 9 мая в пассаже Миколяша, так как у Мигаля на это не было времени, он явился только спустя минут десять. О чем говорили Мыгаль с Бачынськым он не слышал, так как они быстро шли впереди. Сам Мыгаль также не помнил содержания этого разговора, но в суде утверждал, что намерения убивать Бачынського у него тогда еще не было. Все трое зашли в ресторан на углу Пелчынськой и Коперника, где Мыгаль заказал поесть и выпить. Не припоминает сколько Мыгаль выпил, помнит только, что сам был пьян.

Мыгаль показал, что пили вино и пиво, Бачынськый и Сенькив были изрядно под хмельком, а он выпил «только несколько бутылок пива и еще водки». На ресторан он получил 20 злотых, из которых владелец вернул ему только 4 злотых сдачи. Сенькив показал, что когда они вышли во двор, а Бачыньскый оставался в ресторане, Мыгаль обратился к нему с просьбой – помочь убить Бачыньского, от чего он не отказался, хотя предложение его и «заскочыло». Мыгаль вручил ему пистолет, кажется - «набытый» (с досланным в ствол патроном. Адвокат д-р Горбовой спросил: «Вы видели, что патрон действительно вошел в ствол, когда Мыгаль заряжал пистолет?» Авт.) Они вернулись в ресторан, где все трое продолжили пить.

Из ресторана вышли в 9.45 вечера и пошли вверх Кадетской улицей. Сенькив шел впереди и сел на лавку, около него сел Бачынськый, а с левой стороны Мыгаль. Он и начал стрелять первым. Мыгаль на суде показал, что намерение убить Бачынського пришло ему уже в последнюю минуту, он не помнит с какой стороны: слева или справа и сколько раз стрелял. Когда Бачынськый уже лежал на земле Сенькив также «инстинктивно» сделал в его направлении два выстрела «вслепую». Затем – убегал в направлении, которое ему указал Мыгаль. На ул. Пелчынськой «набежали» на Косивну, тогда кто-то взял у него пистолет, он не помнит кто, она или Мыгаль. Мыгаль показал что передал пистолеты Косивни на Пелчынськой в ресторане. Потом оба пошли в ресторан Тарнавського, где к ним присоединился Пидгайный. Мыгаль доложил тому о покушении, а Сенькив одолжил у Мыгаля 5 злотых – на выпивку. Из ресторана Мыгаль и Сенькив отправились в Езуитськый город, где проспали в кустах до 4 часов утра. Оттуда Мыгаль часов в 8 отправился на площадь Сокола-Батька, где ему сказали, что Бачыньскый убит. В городе об этом уже все знали.

По-моему, Достоевскому так не сочинить.

 

Продолжение следует…

Предыдущие части книги:

Насилие, деньги и секс в жизни Романа Шухевыча. Часть вторая

Насилие, деньги и секс в жизни Романа Шухевыча. ч.2.2. Пацификация

Насилие, деньги и секс в жизни Романа Шухевыча. ч.2.3. Танец смертей и назначений

Насилие, деньги и секс в жизни Романа Шухевыча. ч.2.4. Свадебный марш Грига

Насилие, деньги и секс в жизни Романа Шухевыча. ч.2.5. Первый отряд – боевая референтура ОУН

Насилие, деньги и секс в жизни Романа Шухевыча. ч.2.6. Шесть пуль

Насилие, деньги и секс в жизни Романа Шухевыча. ч.2.7

 

 

 

Поділитися:

Додати коментар

Захисний код
Оновити

Нагадування патріоту


Нагадування патріоту. Ватні заходи в Україні

Насилие, деньги и секс в жизни Романа Шухевыча

Дмитро Корчинський. Поезії

Катехізис БРАТСТВА

Історія України ХХ ст.

Останні коментарі

Батальон Шахтарськ. Бій в Мар'їнці

Вступай до добровольчих загонів на захист України!

Атака на "Русское Радио"

В пошуках невідомого: об'єкт "Чорнобиль-2"

Хмара тегів